Ничтожное существо, чье нахождение среди живущих, живых людей совершенно не может быть оправдано никакими «благими намерениями», что оно якобы несет. Не способное ничего отдать и доказать, лишь только подтверждая факт своей катастрофической несуразности и непринадлежности к миру, в котором отчаянно хочет что-либо представлять.

Кого ты видишь, глядя в зеркало? Насколько далеко образ, которым ты хочешь себя представлять, от того, что отражается день ото дня? Каким образом броня из взрощеных в глубине души принципов и жизненных понятий превратилась в плотнейший покров игл, не дающих жить ни тебе, ни тем, кто находится рядом с тобой?

Орать хочется, орать так, чтобы крик этот разорвал к чертям все нутро и наконец выбил потоками горчащей крови все лишнее, все надуманное, все ненастоящее – подхваченные ложные истины, мимолетные мысли, прочно поселившиеся в пораженном сомнениями мозге и эволюционировавшие в идею, одержимость.

То, чего не было раньше, при существовании кристально вычищенной долгими процедурами души, готовой начать свой единственно верный путь. Мчащийся вперед по дороге автомобиль, в который вдруг набралось слишком много «голосующих», встал посреди пути, неспособный двигаться дальше, несмотря на отчаянное желание водителя. Тут на заднем сиденье и страх неудачи, и паническая боязнь трудностей, и весомость чужого мнения над собственным, и назойливая привычка сравнивать несравнимое, и заодно примостившийся страх потери всех этих сомнительных попутчиков. А на переднем, словно штурман, управляющий уже не существующим путешествием, он самый - сомнение.
Может, людей стало так сложно понимать лишь только из-за того, что исчезло понимание себя? Четкие ответы на вопросы «Какая твоя мечта?»; «Чего хочешь ТЫ?» и «Выбирай» растворились в неторопливо, но уверенно заполоняющем сознание сомнении. Сомнении в силах, возможностях… в необходимости. В себе самой.

И в людях вокруг. Так отчаянно хочется доказать каждому действительно нужному ТО САМОЕ - что он нужен - но выходит, точно назло наперекор, строго наоборот. И не объяснишь уже словами, что ты не то имел ввиду, что ты любишь сильно-сильно : человеку уже это не нужно. И тут то обесцениваются слова, а вместе с этим и необходимость заполнять повисшую пустоту сотрясанием воздуха.

далее не следуют философские объяснения. я ничего не знаю. я не знаю, как с этим справляться, как снова находить себя и вместе с этим снова обретать смысл в своих словах и действиях.
даже здесь
я думала, я вылью наружу весь мир
а у полтора спутанных предложения
и снова ничего не понятно
не хочу разговаривать, я ничего уже этим не изменю
все
пока.